Владислав Жигимонтович
История

Владислав Жигимонтович — король Всея Руси

В многовековой истории российской монархии всегда хватало претендентов на царскую корону — и законных, и самозванцев. Но вот король Всея Руси случился лишь один. Владислав Жигимонтович — сын польского короля Сигизмунда III- целых 3 года официально числился русским правителем, а формально его царствование продолжалось почти четверть века. И при всем при том это самый неизвестный русский монарх.

Новый варяг

В начале XVII века легенда о призвании варяга Рюрика на Русь получила, что называется, второе дыхание. И вот почему. После убийства Лжедмитрия I скипетр и державу из его рук подхватили родовитые бояре. Они выбрали на царство князя Василия Шуйского. Однако в 1610 году он был захвачен в плен и вывезен в Польшу (где впоследствии и умер в заточении). И московиты осиротели — остались без царя-батюшки. Но, как известно, свято место пусто не бывает. Кто же правил Московией целых 3 года — с 1610-го по 1613-й, когда на царство наконец-то избрали юного Михаила Романова? Князь Василий Голицын, вызвавшийся временно принять русский престол взамен плененного Шуйского, получил отказ. Вместо этого боярская элита Московии разорвала свои интересы с общенациональными и отправила делегацию в Польшу: призывать на царство нового царя — иноземца и иноверца.

Патриарх и митрополит

Владислав Жигимонтович
6 сентября 1610 года как русский царь принял присягу московского правительства и людей.

Польская армия гетмана Жолкевского уже давно заняла Смоленск. И в январе 1610 года князь Мстиславский, бояре Салтыков и Валуев предложили отправить депутацию бояр в Смоленск и начать переговоры о призвании сына польского короля Сигизмунда III — 15-летнего королевича Владислава — на русский престол. Переговоры изменников с поляками велись секретно: в начале года в Москве еще царствовал Василий Шуйский. Но едва поляки вывезли его в Польшу, как в Смоленск прибыла делегация в составе 41 человека. В ней были князь Михаил Салтыков и сын его Иван, князь Василий Масальский-Рубец, князь Юрий Хворостинин, князь Федор Мещерский, дьяк Иван Грамотин.

В делегацию аристократов-изменников затесался и митрополит Филарет: в миру, до пострига, боярин Федор Никитич Романов, отец будущего царя Михаила Романова. Биографы Романовых утверждают, что он оказался в этой делегации вынужденно: ему угрожали расправой и иного выхода, кроме как отправиться в Польшу, у него не было. Если учесть, что в это же самое время патриарха Гермогена в польском плену морили голодом за отказ подписать воззвание к русскому люду, чтобы тот присягнул царевичу-католику, эта версия выглядит убедительной.

День национального позора

27 августа 1610 года — одна из самых позорных страниц в истории русского народа и Москвы. В тот день раскинулись шатры на огромном девичьем поле и более 300 тысяч москвичей и жителей ближайшей округи добровольно принесли присягу польскому королевичу: 15-летнему великому князю Владиславу Жигимонтовицу. А вскоре, помимо Москвы, Владиславу присягнули города Смоленск, Ржев, Можайск, Полоцк, Лигов… Государев монетный двор начал чеканить монеты с изображением великого князя Владислава.

В Смоленск отбыла депутация с войском в 1 000 человек под началом князя Василия Голицына — встречать и охранять молодого короля Руси по пути в Москву. Поехал туда и Филарет, опять-таки по принуждению князей Мстиславского и Голицына. В одном из смоленских храмов он должен был крестить юного поляка в православную веру и оговорить обстоятельства венчания «новопомазанного» с одной из представительниц аристократических родов Московии — выбор был большой. Смена веры и женитьба на православной боярышне являлись одними из ключевых условий начала царствования новой династии на русском престоле. Казалось, что объединение Московии и Речи Посполитой — свершившийся факт…

О пользе терпения

Владислав Жигимонтович
Сигизмунд остался достаточно противоречивой фигурой в истории Речи Посполитой.

Но тут вмешался отец королевича Владислава. Терпение явно не было сильной стороной Сигизмунда III. Если бы процедура окончательного «вживления» его сына в организм русской государственности произошла, то Польша получила бы колоссальные пространства и ресурсы на востоке. Такие, какие и не снились Англии, Испании и Франции в Новом Свете. Сигизмунду нужно было всего лишь немного подождать. Однако царственному отцу самому вздумалось напялить на голову русскую корону. Потом он не пожелал исполнять договоренности о крещении сына в православие и его женитьбе на русской аристократке. Более того, он потребовал, чтобы русские подданные отреклись от православия, и перешли в католичество.

Дело застопорилось. Владислав православия не принял, в Москву не прибыл и венчан на царство не был. Правда, в столице от имени нового великого князя Московского действовало боярское правительство. Но его положение, как, впрочем, и всех сторонников западного развития страны, присягнувших Владиславу, с каждым днем становилось все более щекотливым.

Сами-то они, конечно, были готовы принять любую веру — ради земель, титулов и денег. Но как весь русский народ убедить в том, что быть рабами чужестранцев на своей родной земле — это здорово?! Масла в огонь подлил старый упрямец патриарх Гермоген: перед смертью он сумел передать послание на волю всему православному люду — встать на защиту родной земли и изгнать оккупантов из Кремля! Да еще на Волге объявились патриоты Ляпунов, Минин и Пожарский, которые взялись собирать одно народное ополчение за другим.

И чем ближе к Москве подступали ополченцы, тем стремительнее менялись политические взгляды вчерашних подданных короля Владислава.

В 1612 году Москва и Кремль были очищены от поляков: боярское правительство королевича Владислава было низложено. Вновь встала проблема выбора нового царя. И тут митрополит Филарет предложил своего сына — Михаила. Дальше случилось то, что случилось: Россией стала править династия Романовых. А Филарет торжественно въехал в Москву патриархом при новом государе.

Параллельный царь

Владислав Жигимонтович
Патриарх Гермоген в польском плену.

Избрав нового государя, жители Московии напрочь забыли о своей присяге королевичу Владиславу, данной ему в 1610 году. Бес попутал, бывает. Только вот обиженный королевич ее не забыл. В 1617-м он пошел с войском на Россию, стремясь вернуть престол, отнятый у него, по его убеждению, незаконно. Однако захватить Москву ему не удалось…

В 1632 году Владислав, унаследовав трон отца, стал королем Польши. Видимо, этим его амбиции были удовлетворены, и он сам — Указом от 23 апреля 1634 года — отказался от прав на московский престол. Но почти четверть века до этого он «числился» параллельным русским государем на монархической карте Европы и пользовался титулом великого князя Московского.

Он славный был король

Владислав как король познал и сладость побед, и горечь поражений. Но несомненно одно: это был один из самых толерантных монархов своего времени. Возможно, прояви его властный отец терпение, и крепостное право на Руси было бы отменено на 200 лет раньше. Известно, что Владислав планировал это сделать, причем не из гуманизма, а из практичности: со свободно работающих подданных можно больше взять податей, чем с рабов.

Да и с просвещением у нас бы дело поживее могло пойти. Владислав был хорошо образован, ценил живопись и музыку. Для Польши это вылилось в создание картинной галереи в Варшаве, появление оперного искусства и основание знаменитого Краковского университета. Впрочем, оставим эти фантазии авторам романов, посвященных виртуальной истории.

 Получай новые статьи на почту

А вы знали об этом?  Менора - семиствольный светильник Моисея

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *